Новый очень важный для меня проект — перезагрузка московского метро.

Московское метро станет в разы понятнее и проще без помощи экскаваторов и тоннелепроходческих комплексов.

Не могу передать, как меня бесит термин «лёгкое метро», используемый в метрошной навигации. Все линии как линии — имеют номера от 1 до 11, а вот Бутовская с какого-то перепугу называется не 12-й, а «Л1»! В легенде одной из версий схемы она даже шла в отдельной графе «Линии лёгкого метро» (состоящей из неё одной).

Навига вот эта заумь? Лёгкое метро, тяжёлое — не один ли хрен пассажиру? Ему ведь не таскать его на своих плечах.

Вся навигация московского метро построена на идее «вынести максимум несущественных деталей наружу и засрать ими мозг пассажиру». Должно быть ровно наоборот.

Как вы знаете, я сделал лучшую схему Московского метро в его истории. А Илья Варламов написал о конкурсе на разработку схемы линий Московского метрополитена. К сожалению, я не смогу принять участия в конкурсе, поскольку моя схема не отвечает его условиям, а чтобы это исправить, я буду вынужден ухудшать схему, чего я делать не хочу. Буду рад, если организаторы проявят внимание к моим комментариями и изменят условия конкурса.

Вот некоторые выдержки из требований к макету:

Базовый макет схемы, должен включать [...] действующие станции метрополитена, с названиями и их транслитерацией

Моя схема не включает транслитерированные названия станций, потому что я не верю в правильность такого дизайна. Мелкие и бледные транслитерированные названия шумят на схеме, мешая русскоговорящим пассажирам. Иностранцам, тем временем, приходится ломать глаза, чтобы их читать. Ясно, что если написать всё одинаковым шрифтом, то будет ещё хуже всем.

Смешение языков на схеме я считаю плохим компромиссом. На мой взгляд, правильное решение — вешать рядом схемы на двух языках. Должны просто рядом висеть два плаката — «Схема метро» и «Metro map».

Вообще, забота об иностранных пассажирах через схему носит формальный характер. Я уже писал, что для начала нужно хотя бы сами станции подписать на двух языках и перевести указатели «Выход в город». Это уже даже вопрос не удобства ориентации, а просто безопасности.

Станции, приспособленные для маломобильных граждан, должны быть отмечены соответствующим знаком

Я бы предложил пока что не загромождать этим схему, а сделать отдельные листовки для инвалидов со схемой доступного для них метро (насколько я понимаю, сегодня это довольно небольшая часть метро). Тут тоже надо активнее вести реальную, а не «схематическую» работу по упрощению доступа.

[Макет должен включать] контуры Москва реки и реки Яуза (детализация, по усмотрению автора)

Есть ли какие-то данные, свидетельствующие о том, что это помогает пассажирам ориентироваться? Хотелось бы посмотреть на эти данные, потому что все москвичи, с которыми я это обсуждал, вообще не ориентируются относительно реки никак. Так что я не вижу смысла усложнять схему. Возможно, конечно, что я ошибаюсь, но проблема в том, что условия конкурса не предполагают обсуждения требований. То есть кто-то уже решил, что реки должны быть, и всё.

[Макет должен включать легенду] схемы, с описанием используемых на схеме элементов и обозначений, на русском и английском языках

А если дизайнер попался хороший и смог сделать схему понятной и без легенды, то такая схема уже не подходит.

В ходе работы автору рекомендуется продумать графическое решение [...] нумерации станций метрополитена на всех типах схем.

Зачем? Распространено мнение, будто нумерация линий помогает дальтоникам. При этом вопрос о том как и чем она им помогает подвисает в воздухе. Кажется, будто авторы условий хотят повторить недостатки и недодумки существующей схемы.

На схеме не должны использоваться элементы, принципы или подходы, являющиеся предметом интеллектуальной собственности третьих лиц

Как «принцип или подход» может являться интеллектуальной собственностью третьих лиц? Я совсем не юрист, я не понимаю, что это значит. Я обозначаю станции пеньками и кружками, потому что лучше пока в мире ничего не придумали, и не вижу смысла это менять только ради соблюдения этого нелепого требования.

Многих данных просто нет в условиях. Например, требуется обозначить «действующие перехватывающие парковки». Как узнать, где они есть? Или требуется обозначить «автобусы-экспрессы (маршруты 901, 902, 903 и 904)». Почему именно эти маршруты так важны, что их следует обозначить на схеме?

Если устроители конкурса ждут качественной и вдумчивой дизайнерской работы, то они должны дать дизайнерам механизм задания вопросов, опубликовать подробные обоснования всех требований. Только плохой дизайнер возьмётся за работу, не поговорив с клиентом. Если же они хотят просто получить новый концепт, чтобы потом уже тщательно его доработать, то стоит убрать лишние требования.

Совсем уж глупо требовать векторный исходник. Надо выбрать схему сначала, а уж потом форматы файлов обсуждать.

См. также:

• моя схема;
• совет Артёма Горбунова о преимуществах моей схемы над лебедевской;
• мои советы: про пеньки, про легенду, про детали, про дизайн официальной схемы.
• кучу заметок по теме московского метро.

Почему в самолётах так популярен томатный сок?

В гостях или в кафе он встречается один раз в году — никто и не вспомнит про него. А в самолёте прям каждый второй заказывает. Только погаснет табло «пристегните ремни» — все такими ценителями томатного сока становятся, аж диву даёшься. Что он делает на борту, и почему его все хотят?

Томатный сок — крайне сомнительная жижа. Ни разу в жизни его не пробовал даже. Пахнет он так, что явно и не стоит. Я почему-то себе представляю процесс его производства так: берётся кетчуп, растворяется водой из под крана, готов сок.

Что вы думаете об этом?

Добавлено попозже: Женя Лазарев делится ссылкой на исследования учёных.

Артемий Лебедев в недавнем бизнес-линче:

На схеме должно быть понятно, что с Боровицкой можно перейти на Арбатскую или Библиотеку имени Ленина, но нельзя перейти напрямую на Александровский сад.

Нет, Тёма, никому нет до этого дела. Это лишь «занятный факт», которому придают огромное значение фанаты московского метро, знающие об устройстве этого узла всё и без схемы. Почему-то они считают, что этой фиготой нужно загрузить мозг бедному пассажиру.

А реально, если мне надо с серой ветки на голубую перейти, мне один хрен надо здесь пересаживаться, пусть там переход и не напрямую, а накривую. Меня должны нормальные указатели на месте довести до поезда, даже если для этого придётся пройти через платформу красной или синей ветки.

Пользуясь случаем, обращаю внимание на единственную правильную схему московского метро.

Чё напрягает в Европе, так это то, что ты должен уметь пользоваться этими дурацкими машинками для чтения кредиток. Даёшь карточку чуваку в магазине, а он на тебя смотрит как на идиота и показывает на эту хренулину, типа, суй туда карту сам. Откуда я знаю, какой стороной её вставлять и что жать? Совершенно непонятно, зачем мне уметь это делать.

Ещё если тебе дали заплатить картой в кафе, то это мегаодолжение тебе за то, что ты наел на много денег. А попил просто кофе с бубликом — будь добр наскрести 5 евро мелочью, а карту свою засунь себе в жопу.

Мне нравится, что в России кассиры сами выполняют свою работу, и ни одно замухрышное кафе не позволит себе ввести минимальный размер чека для оплаты картой.