Вот снял вам кино, как ехать на метро в Лондоне от станции Долстон-джанкшен до станции Лейстер-сквер. Как-то я пока снимал, автоматически перешёл на «мы», как будто вы все со мной едете.

Захватывающий сюжет отсутствует, это документальный фильм:

В конце я воспользовался функцией замедленной съёмки для драматизма.

Говорят, что Биткоин — это виртуальная валюта. Но это плохое определение: кажется, будто это валюта, но не настоящая, а виртуальная. Это сбивает с толку, потому что такое определение как бы предполагает, что все знают, какие качества делают валюту настоящей, и Биткоин этими качествами не обладает. Но явно этого нигде не говорится. В то же время, если попытаться найти хоть сколько-то осмысленные признаки «реальности» валюты, то выясняется, что Биткоин обладает ими чуть ли не в наибольшей степени.

Я тот ещё экономист, поэтому, возможно, что, мои рассуждения — полный вздор. Но я вот решил ими поделиться, вдруг кому-то будет полезно. Опять же, если я думаю неправильно, вы обязательно мне напишете письмо об этом. Польза.

Чтобы понять, почему Биткоин как раз настоящая валюта, а все государственные валюты — виртуальные, мне проще думать о нём не как о валюте, а как о таком редком веществе. Это сразу снимает многие вопросы.

По мере развития разделения труда, бартер всё меньше работал как инструмент обмена, и люди стали искать товары, которые бы легко делились на части, легко оценивались (по весу), были редкими, трудно подделывались и не портились со временем. Постепенно сошлись на золоте: его покупали в основном не для использования, а для того, чтобы хранить и иметь возможность купить что-то другое в будущем. То есть золото — это не валюта, а вещество, которое стали использовать в качестве валюты, потому что это оказалось удобно.

Так вот Биткоин — виртуальное вещество, которое обладает всеми качествами золота и ещё несколькими: нулевой вес, безопасность и мгновенность транспортировки, удобство хранения, невидимость. Биткоин — редкое вещество, которое трудно добыть. Редкие вещества — дорогие. Причём по мере того, как о веществе и его ценности узнают больше людей, цена растёт.

Биткоин имеет шанс стать или не стать валютой, в зависимости от того, насколько много людей захотят им так пользоваться. Кто-то уже пользуется, но пока очень мало людей. Постепенно людей будет больше, и Биткоин будет всё в большей степени валютой. Никто не скажет: «теперь это валюта»; это просто само собой произойдёт — или не произойдёт. Но даже если этого не произойдёт, веществом Биткоин быть не перестанет.

Ещё важно, что Биткоин мы тут не сравниваем с государственной валютой, потому что государственная валюта вообще не обладает качеством «трудно подделать». Вся государственная валюта — поддельная, её ведь просто напечатали, и могут напечатать сколько угодно ещё. То, что правом печатать обладает лишь ограниченный круг людей, которые ещё и могут насильственно пресечь аналогичные действия других людей, не меняет ситуацию качественно.

Используя аналогию с веществом, можно понять и некоторые другие вещи. Например, не получится ли так, что Биткоин вдруг резко подешевеет?

Когда хакеры взламывают какую-нибудь очередную биткоиновую биржу, и цена Биткоина падает — это просто потому, что многие купившие Биткоин не понимают, что произошло, им кажется, что взломали саму валюту, и они на всякий случай её продают по дешёвке. Но с ценностью самого вещества ничего не произошло: подумаешь, украли с какого-то склада вагон золота. Очень неприятно, особенно если там лежало твоё. Но о самом золоте как веществе это вообще ничего не говорит, и нет никакого повода бежать продавать своё золото.

В то же время, если люди придумают способ синтезировать золото из воздуха со скоростью несколько тонн в секунду, то тут цена золота, конечно, быстро окажется нулевой. Оно потеряет качества, которые сделали его валютой. Тут уже станет совершенно неважно, наколько надёжно оно хранится на складах. Стало быть, если математики научатся подделывать Биткоин, его цена тут же упадёт. И тут будет неважно, насколько надёжны биржи.

Короче, когда смотришь на Биткоин как на вещество, становится как-то сильно спокойнее. Подделывать его вроде бы не получается, а то, что кто-то где-то ворует или теряет — ну что ж теперь, с любым веществом бывает.

В субботу сходили с Димкой в ночной клуб «Фабрик» на техновечеринку. Я хотел послушать Бена Симса. В очереди на вход всем раздавали такие карточки (захватил с собой):

А я при этом за несколько часов до того купил Айфон 5-эс и подумал, что как-то это всё стрёмно. Понятно, там, что хорошо бы смотреть, чтобы не попёрли, не оставлять без присмотра и всё такое, но тут-то аж avoid displaying. Выходит их прям отжимают там что ли? Страшное дело. Там ведь громко очень, даже не заорёшь «держи вора».

Сразу после того, как мы вошли, ко мне подошла девушка, вручила мне свой золотой Айфон 5-эс и попросила сфотографировать её с подругами. Видимо, карточки не оказали на них особого влияния.

Всё же, ощущение неизбежности утраты телефона усилилось по мере перемещения по клубу. Весь персонал спрашивает обеими сторонами маек: «Телефон на месте?». Барменша:

Уборщик:

Гардеробщик:

Фоткал всё это, дрожа от страха.

Кроме тех девушек в начале мало кто доставал телефон. И я подумал, что, возможно, вся эта история на самом деле затеяна для того, чтобы люди не тупили в свои мобильники, а больше танцевали и смотрели на других?

В клуб мы пришли в 23:30 и уже внутри выяснилось, что Бен Симс начинает играть только в 3:30. Я никого из других исполнителей не знал, и подумал, что, видимо, до этого времени я не досижу. Идея потанцевать как-то даже в голову не приходила. Однако оказалось, что все играли что-то любопытное. Особенно порадовали ребята, которые играли перед Беном Симсом, начали около двух. Некие «Планетари-ассолт-системс», выступали вживую. Рубили так, что ох. Неукоснительно.

Как работает техно. Максимальный эффект на танцполе производит наиболее тупая конструкция из бочки, баса и тарелок, играемая с полной самоуверенностью и безо всякого стеснения (то есть без разбавления другими звуками, без попытки разнообразить ритмический рисунок и т. д.). В то же время, поскольку музыке надо хоть как-то развиваться, то потихоньку к этому наслаиваются другие дорожки, добавляются фильтры и всякие штуки. И в какой-то момент это становится слишком сложно, от этого всё устают и всё хотят простоты. И тут всё лишнее убирается и остаётся только каркас. Сразу кайф. И потом всё по новой.

В общем как-то получилось, что под этих ребят мы вполне себе попрыгали часа полтора. Потом пришёл Бен Симс, но как-то не зажёг. Или, может, он долго раскачивался. Но мы уже были мёртвые и решили закруглиться.

На выходе из клуба всех заставляют показывать телефон и разлочивать его, чтобы убедиться, что ты уносишь свой.

После этого моя любимая часть про Лондон. В четыре утра ты выходишь из ночного клуба, доходишь до ближайшей автобусной остановки, через 5 минут садишься на автобус (почему-то всё время как раз есть автобус куда тебе надо без пересадки), а через 15 минут оказываешься дома. В автобусе ночью с субботы на воскресенье ты, естественно, едешь не один — все возвращаются с тусовок.

Телефон на месте.