Не понимаю, как человек может спроектировать тубзик в аэропорту, но не приделать крючки около каждого писсуара. Я куда должен сумку-то девать, по мнению автора?
Крючки у писсуаров — это то, с чего следует начинать работу по проектированию туалета, особенно на транспорте.
А летом как раз пришёл Шурик Бабаев и говорит: давай сделаем конвертер единиц. Я его сначала на смех поднял: нахрена делать конвертер, их же сто штук и так. Но Шурик быстро открыл мне глаза на то, что конвертеров хоть и много, но хороших среди них нет: везде дебильные меню с категориями и иконками, какая-то шелуха ненужная. Как будто дизайнеры думали не о пользе, а о Дрибле. Пока проберёшься через их интерфейс и настроишь, что из чего куда переводить, уже забудешь, что перевести хотел.
Мы сделали всё по-своему, и у нас получился Ангстрем:
Простая мысль: если у тебя в голове есть число и ты хочешь быстро перевести его в другую единицу измерения, тебе не нужен красочный каталог единиц измерения с категориями. Тебе нужно просто ввести число и увидеть результат.
Мы стараемся показать ответ без лишних тапов. В идеале — вообще без тапов. Поэтому сначала мы смотрим в буфер обмена. Используем единицы из прошлого перевода, пока вы их не поменяете. Храним историю. Стараемся угадать единицу, в которую нужно переводить: знаем, что естественно переводить футы в метры, но мили — в километры. Запоминаем, что вы переводите, чтобы угадывать лучше со временем. Обновляем котировки валют в фоне, но показываем примерный результат, когда нет интернета. Поддерживаем альтернативные названия единиц.
Каждый экран приложение стремится к максимальной информативности. Даже в меню мы сразу показываем результаты перевода с каждой из единиц.
Да, мы от души развлеклись с анимациями и переходами. Хотя бы ради этого стоит поставить программу. Ни один тап не останется без радостной реакции приложения. А если вы не захотите тапать, то можно просто запустить прогу и залипнуть на наш курсор, круче которого мировой дизайн не знает.
Шесть лет назад мне по наследству от деда досталась старая микроволновка «Мулинекс». Она была более-менее симпатичная (дело в том, что купить не уродскую микроволновку практически невозможно: на всех курсах дизайнеров микроволновок на первом же занятии всем говорят, что уродство — главное требование к дизайну микроволновки). У неё была отломана пластиковая ручка регулировки мощности.
Через год сломалась и ручка для выбора времени:
Все мои друзья знали, где в моём доме искать плоскогубцы: они всегда лежали на микроволновке. Я заводил микроволновку плоскогубцами на максимальное время и держал открытой. Когда нужно было что-то разогреть, я ставил это в микроволновку, закрывал крышку, и она грела. Раз в несколько дней завод кончался, и я заводил её заново.
Год назад я привычно закрыл дверцу. В печи начало искрить. Я открыл дверцу, осмотрелся внутри, принюхался, но не смог диагностировать проблему. Предпринял ещё одну попытку, но снова посыпались искры. Гречка стояла холодная, а я понял, что с микроволновкой всё-таки придётся распрощаться.
Я её сфотографировал на память, выключил из розетки, свернул шнур, надел штаны и куртку, вынес её на мусор — и сфотографировал ещё раз:
Вернувшись домой я скинул фотки на рабочий стол, решив, что попозже разберусь с ними. Каждый раз я натыкался на эти фотки и не знал, что с ними делать: положить их в Лайтрум как-то глупо; а стереть рука не поднималась. Наконец-то я придумал, что фотки должны переехать в блог и остаться тут навсегда.
§ 7. Поведеніе кучеровъ. Всѣ кучера должны вести себя добронравно, отнюдь не дозволять себѣ драки и буйства, не употреблять ругательныхъ словъ ни на конюшнѣ, ни на дворѣ парка, ни въ казармахъ, ни на улицѣ, а равно во время стоянки вагоновъ не развлекаться рукопашными поединками съ кондукторами, форрейторами, метельшиками и другими лицами и вообще не нарушать уличнаго благообразія.
Невозможно себе представить так написанный современный документ. Отнюдь! Не развлекаться рукопашными поединками. Не нарушать благообразия. Чудо.
§ 16. Предупрежденіе переходящихъ. Переѣзжающимъ и переходящимъ черезъ рельсы кучеръ долженъ дать сильный звонокъ и въ случаѣ надобности кричать, для предупрежденія могущихъ произойти несчастныхъ случаевъ.
§ 17. Неожиданная опасность столкновенія. При неожиданной опасности столкновенія, кучеръ обязанъ, давъ сигналъ кондуктору — тормазить вагонъ, тормазить ходъ вагона и сдерживать лошадей, употребляя въ этомъ случаѣ всю свою силу, насколько это возможно, чтобы остановить вагонъ и тѣмъ предупредить несчастіе.
§ 21. Слабый тормазъ. Если кучеромъ будетъ замѣчено, что тормазъ слабъ, то онъ немедленно долженъ сообщить о томъ кондуктору и первому контролеру, котораго онъ встрѣтитъ и который, увѣрившись въ справедливости заявленія кучера, обязанъ немедленно возвратить вагонъ на станцію или въ паркъ, для перемѣны или исправленія его.
Кстати, типографская раскладка поддерживает старые буквы: ять — ѣ, ижицу — ѵ, „и“ десятеричное — і, фиту — ѳ.
В аэропорту Кольцово в Екатеринбурге некоторое время назад появилась новая система навигации. Не знаю, какую задачу решали авторы, но новая система получилась более мусорной, чем старая, правда у неё появился узнаваемый стиль. Фоточки делал на старый телефон, местами размазня.
Стрелки и пиктограммы стоят на цветных плашках, что добавляет порядка, но усложняет чтение:
Иконка международного терминала — контур России
Чёрный фон делает любую систему навигации вдвое круче:
Специальный телефон бюро находок живёт на собственной «плашке»:
Опасная пиктограмма:
Ещё пиктограммы:
Для обозначения выходов на посадку вместо пиктограмм написаны их номера — хорошая идея:
Пассажиры бизнес-класса написаны с ошибкой и сидят на горшке
Такие же квадраты, но уже настоящие, а не нарисованные, висят над самими выходами:
Хороший дизайнер знаков знает, что объекты надо группировать по направлениями, а стрелки разносить в разные стороны. А тут все стрелки смешаны в кучу, нужно долго смотреть на знак, чтобы понять, куда идти:
Несмотря на многие недодумки, в целом впечатление приятное.
Любопытно, что на Норзерн-лайн говорят «this train terminates at S» вместо «this is a L line service / train to S». Ещё мне нравится выражение «This train terminates at Morden via Bank» как сокращение того, что это поезд ответвления через Банк и едет он в сторону Мордена.
Пикадилли-лайн
Тут как всегда море заботы о пассажирах, едущих в Хитроу:
Добавил всё это в исходную заметку — пойдите послушайте там всю коллекцию.
Всё ещё нет ни одного объявления с линий Бейкерлоо, Джубели, Метрополитен и Ватерлоо-энд-сити и с ДЛР. Если у вас есть, присылайте. А если нет, то запишите при случае и присылайте.
Ненавижу классическое пение, это пытка для ушей. Особенно омерзительна опера. Там издевательство концентрированное. Вообще непонятно, как люди добровольно на это идут. Но тут всё просто с практической точки зрения: оперу я не слушаю, мои уши в безопасности.
А вот действительно опасное явление — это симфонии с вокальными частями. Вот у Малера, например, вторая. Мощная первая часть. Красивая вторая. Смешная и интересная третья. И потом вдруг — херакс! — УуУуУУ-рИиИиИ... Ё! Еле успеваю стоп нажать. Что ж за херня? О чём он думал? Написал бы оперу с этой фигнёй, зачем вносить сумятицу? При том, что в следующей части опять хорошая музыка же.
Или на Ютюбе концерт, бывает, смотришь. Всё хорошо, чинно-благородно, балдеешь. И тут выходит на сцену дама в красном платье и давай орать надрывно-дрожащим голосом. Прямо возмутительное неуважение и к слушателям, и к музыкантам. Где совесть? Где воспитание? Ты на концерте, давай-ка потише, тут люди музыку слушают.
Poetics of Music. У Дома Леки несколько цитат из лекции Стравинского в Гардварде. Во-первых: «Contrast produces an immediate effect. Similarity satisfies us only in the long run». Во-вторых, что ещё важнее: «From the moment song assumes as its calling the expression of the meaning of discourse, it leaves the realm of music and has nothing more in common with it». Ну и вообще.
The Birth of the iPhone. Довольно объёмный отрывок из книги про Джонни Айва. Похоже, надо будет книгу покупать, страшно интересно.
Wearing Apple. Крег Хокенберри рассуждает о том, чем будет следующий продукт Эпла (и это, на его взгляд, не часы).
Страна заболела манией величия. Немка Дора Насс делится воспоминаниями. «И сейчас, вспоминая наше восхищение, то, как мы все и я с моими подругами и друзьями славили нашего фюрера, как готовы были часами ждать его выступления, я бы хотела сказать вот что: нужно научиться распознавать зло, пока оно не стало непобедимым... Моя подруга Хельга жила прямо на Вильгельмштрассе. По этой улице часто ездил автомобиль Гитлера в сопровождении пяти машин. И однажды её игрушка попала под колеса автомобиля фюрера. Он приказал остановиться, дал ей подойти и достать игрушку из-под колёс, а сам вышел из машины и погладил её по голове». Только в живот не поцеловал.